Недоступная Махачкала. Активистка с инвалидностью – о борьбе за инклюзивный город
210
Руководитель проекта "Монитор доступной среды" Сабрина Алиева, передвигающаяся на инвалидной коляске, в миг стала героиней северокавказских СМИ после того, как глава Дагестана Сергей Меликов устроил разнос ОАО "Махачкалаводоканал" из-за некрасивой истории со штрафом активистке. Алиева при поддержке "Монитора ЖКХ" выиграла у коммунального предприятия суд из-за отсутствия пандуса, но вскоре получила встречное досудебное требование – якобы на счетчике в ее доме сорвана пломба, поэтому она должна выплатить водоканалу. Штраф составил почти ту же сумму, какую водоканал обязали выплатить ей в качестве компенсации морального вреда.
Акт, по которому Алиевой начислили "долг" в 9870 рублей, подписан якобы ее отцом, в день проверки он отсутствовал в городе. Кроме того, сумма взыскивается именно с активистки, хотя собственником дома и абонентом "Махачкалаводоканал" является ее отец.
"Да ее за то, что она эту общественную работу ведет, вообще освободить нужно от всего и создать ей условия. Убедительная просьба – давайте организуем проверку", – прокомментировал на заседании правительства вызвавший резонанс штраф глава республики Меликов.
Руководство ОАО "Махачкалаводоканал" тут же с извинениями приехало к активистке, сообщив, что уже заключен договор на установку пандусов, в ближайшее время они появятся на лестнице. Также сняты все претензии по якобы сорванной пломбе – она оказалась целой.
"Признаём свою вину и приносим искренние извинения Сабрине Алиевой, ее семье и всем неравнодушным к данной ситуации гражданам", – написала пресс-служба компании.
Дошедшая до руководства Дагестана история – лишь один эпизод в борьбе активистки за безбарьерную среду. Вот лишь несколько дел этого года, в которых она выступала истцом: в мае Советский суд Махачкалы обязал Министерство образования и науки Дагестана установить кнопку вызова и привести пандус на центральном входе в здание в соответствии с нормативами; в июне похожие обязательства возложены на Минстрой, в июле – на мэрию Махачкалы и отдел приема обращений граждан МВД по Дагестану на проспекте Гамзатова. В сентябре пандус обязали установить администрацию Ленинского района Махачкалы. И это только часть судебных побед "Монитора доступной среды".
Случается и проигрывать. Например, Ленинский суд Махачкалы установил, что управление Пенсионного фонда по Дагестану не предназначено для посещения гражданами, в том числе и людьми с инвалидностью, поэтому пандус там не нужен. Верховный суд республики оставил это постановление в силе.
Об инциденте с водоканалом, тротуарах Махачкалы и том, как сами суды исправляют недочеты в конструкциях зданий, Сабрина Алиева рассказала Кавказ.Реалии.
– Как вы пришли к решению заняться общественной работой?
– Я всегда была такой, с самого детства старалась чаще находиться на людях. Поэтому мне было проще. Наверное, по большей части благодаря родителям, которые не закрыли меня дома, старались больше выводить, я общалась и не чувствовала себя обделенной. Но так бывает далеко не всегда. Очень часто детей с ограниченными возможностями просто оставляют в четырех стенах квартиры, это большая ошибка. И большая проблема.
Заняться именно доступной средой предложил руководитель общественной организации [которая занимается защитой прав на доступную медицину] "Монитор пациента" Зияутдин Увайсов, меня заинтересовал совместный проект. Что побудило меня присоединиться? Просто надоело ждать, когда государство или кто-то начнут что-то делать. Почему бы самой не начать? Может, хоть так что-то изменится.
– Насколько Махачкала приспособлена для передвижения на инвалидной коляске?
– Самое некомфортное в Махачкале – наши тротуары, по которым просто невозможно передвигаться. Просто кошмар. Из-за каких-то 200–300 метров приходится вызывать такси.
В городе нет ни одного участка, где я бы могла свободно прогуляться на коляске. Небольшой бордюр, перекопанная дорога, выбоины – для человека на коляске они уже практически непреодолимы. Причем ситуация одинаковая по всему Дагестану.
– Вы упомянули такси. С водителями проблем не возникает?
– Бывают сложности. Бывает, что отказываются от заказа или разворачиваются уже на месте, увидев тебя. Мне кажется, это связано с нежеланием – они не хотят, им лень возиться с погрузкой коляски. В открытую говорят, что им лень тратить на это время.
– Порой обыватели рассуждают, что людей с инвалидностью не так много, чтобы отводить для них отдельные парковки, строить пандусы и специальные дорожки. Что бы вы на это ответили?
– Не знаю, что таким людям сказать… Мне их жаль. Сочувствую им, потому что у них нет ума.
Пока сам человек не столкнется, не прочувствует это на себе, он не поймет важность этих устройств и приспособлений. Никто не рождается уже взрослым, всех мамы катают в колясках. И им точно так же нужны пандусы. Точно так же они не могут попасть с коляской ни в одно учреждение.
– Подписывайтесь на наш телеграм-канал!
Например, на входе в поликлинику есть пандус, но он не имеет должного покрытия – не только зимой, но и после дождя там очень скользко и подняться на коляске крайне сложно. Вместе с тем Советский суд Махачкалы отказал нам в удовлетворении иска, сославшись на то, что пандус сделан из бетона, "структура которого по природе жёсткая, а не гладкая". В суде также прозвучал аргумент, что я не прикреплена к данной поликлинике, поэтому не имею права на нее жаловаться… 9 декабря Верховный суд Дагестана удовлетворил наш апелляционный иск, отменив решение суда первой инстанции.
– В самих судах Махачкалы доступная среда создана?
– Конечно, мы направляли досудебные исковые заявления в судебный департамент – он занимается организацией работы в судах – по Кировскому, Ленинскому, Советскому районным судам Махачкалы. В Советском суде два корпуса, один к моменту проверки был полностью оборудован. В Ленинском и Кировском пандусы были, но они не соответствовали нормативам. По нашему заявлению пандусы установили, я свободно могу попасть в суд и участвовать в заседании.
– Ранее Зиятудин Увайсов рассказал, что к подавляющему большинству поликлиник и больниц Махачкалы вопросов по безбарьерной среде не было, так ли это?
– Это так. Наверное, потому что поликлиники чаще посещают люди с ограниченными возможностями, и Минздрав первым был вынужден контролировать соблюдение нормативов.
– Есть ли учреждения в Махачкале, куда вы сразу смогли заехать и никаких сложностей ни на входе, ни внутри не возникло?
– Сложно вспомнить. Очень сложно. Скорее всего, таких и не было. В большинстве учреждений нет нормальных пандусов, поэтому просто не получалось попасть внутрь, чтобы проверить доступность среды уже там – можно ли проехать по этажам, помещается ли коляска в лифте и так далее. Такие здания остаются неприступными крепостями для людей на колясках.
Сейчас в тех организациях, где по нашим заявлениям установили пандусы, мы проведем повторную проверку и посмотрим, насколько комфортно уже внутри.
– Почему "Махачкалаводоканал" пошел на обострение конфликта? Зачем была нужна эта история с актом о сорванной пломбе?
– Наверное, месть – проиграли процесс по доступной среде и решили отыграться. А в конечном итоге подставили сами себя. Хотя 7 ноября приезжало руководство организации, извинялись, говорили, что это просто совпадение, что они были не в курсе. Что это работа рядовых сотрудников, которые понесли наказание.
Ключевую роль в урегулировании ситуации сыграл глава республики. Письмо пришло вечером в понедельник, а во вторник вечером вопрос оказался решен. Если бы не Сергей Алимович, вероятно, вопрос все равно решился бы в мою пользу, потому что я была права. Просто он не решился бы так быстро, могло затянуться на месяц-два.
– По вашему мнению, публичная и жесткая реакция Меликова изменит системный подход к доступной среде в Дагестане?
– Глава республики дал указание прокуратуре взять на контроль здания организаций и учреждений, проверить их в течение 2022 года. Нам, активистам, будет легче доказывать свое право на безбарьерную среду. До этого в прокуратуру мы не обращались.
***
В 2015 году всероссийская общественная организация "Союз добровольцев России" при поддержке Центра информационных коммуникаций "Рейтинг" провели исследование доступности в регионах объектов социальной инфраструктуры для лиц с ограниченными возможностями. Дагестан занял в рейтинге 76-е место из 85. Из южных регионов хуже показатель оказался только в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Ингушетии и Калмыкии.
Главные новости Северного Кавказа и Юга России – в одном приложении! Загрузите Кавказ.Реалии на свой смартфон или планшет, чтобы быть в курсе самого важного: мы есть и в Google Play, и в Apple Store.
Акт, по которому Алиевой начислили "долг" в 9870 рублей, подписан якобы ее отцом, в день проверки он отсутствовал в городе. Кроме того, сумма взыскивается именно с активистки, хотя собственником дома и абонентом "Махачкалаводоканал" является ее отец.
"Да ее за то, что она эту общественную работу ведет, вообще освободить нужно от всего и создать ей условия. Убедительная просьба – давайте организуем проверку", – прокомментировал на заседании правительства вызвавший резонанс штраф глава республики Меликов.
Руководство ОАО "Махачкалаводоканал" тут же с извинениями приехало к активистке, сообщив, что уже заключен договор на установку пандусов, в ближайшее время они появятся на лестнице. Также сняты все претензии по якобы сорванной пломбе – она оказалась целой.
"Признаём свою вину и приносим искренние извинения Сабрине Алиевой, ее семье и всем неравнодушным к данной ситуации гражданам", – написала пресс-служба компании.
Дошедшая до руководства Дагестана история – лишь один эпизод в борьбе активистки за безбарьерную среду. Вот лишь несколько дел этого года, в которых она выступала истцом: в мае Советский суд Махачкалы обязал Министерство образования и науки Дагестана установить кнопку вызова и привести пандус на центральном входе в здание в соответствии с нормативами; в июне похожие обязательства возложены на Минстрой, в июле – на мэрию Махачкалы и отдел приема обращений граждан МВД по Дагестану на проспекте Гамзатова. В сентябре пандус обязали установить администрацию Ленинского района Махачкалы. И это только часть судебных побед "Монитора доступной среды".
Случается и проигрывать. Например, Ленинский суд Махачкалы установил, что управление Пенсионного фонда по Дагестану не предназначено для посещения гражданами, в том числе и людьми с инвалидностью, поэтому пандус там не нужен. Верховный суд республики оставил это постановление в силе.
Об инциденте с водоканалом, тротуарах Махачкалы и том, как сами суды исправляют недочеты в конструкциях зданий, Сабрина Алиева рассказала Кавказ.Реалии.
– Как вы пришли к решению заняться общественной работой?
– Я всегда была такой, с самого детства старалась чаще находиться на людях. Поэтому мне было проще. Наверное, по большей части благодаря родителям, которые не закрыли меня дома, старались больше выводить, я общалась и не чувствовала себя обделенной. Но так бывает далеко не всегда. Очень часто детей с ограниченными возможностями просто оставляют в четырех стенах квартиры, это большая ошибка. И большая проблема.
Заняться именно доступной средой предложил руководитель общественной организации [которая занимается защитой прав на доступную медицину] "Монитор пациента" Зияутдин Увайсов, меня заинтересовал совместный проект. Что побудило меня присоединиться? Просто надоело ждать, когда государство или кто-то начнут что-то делать. Почему бы самой не начать? Может, хоть так что-то изменится.
– Насколько Махачкала приспособлена для передвижения на инвалидной коляске?
– Самое некомфортное в Махачкале – наши тротуары, по которым просто невозможно передвигаться. Просто кошмар. Из-за каких-то 200–300 метров приходится вызывать такси.
В городе нет ни одного участка, где я бы могла свободно прогуляться на коляске. Небольшой бордюр, перекопанная дорога, выбоины – для человека на коляске они уже практически непреодолимы. Причем ситуация одинаковая по всему Дагестану.
– Вы упомянули такси. С водителями проблем не возникает?
– Бывают сложности. Бывает, что отказываются от заказа или разворачиваются уже на месте, увидев тебя. Мне кажется, это связано с нежеланием – они не хотят, им лень возиться с погрузкой коляски. В открытую говорят, что им лень тратить на это время.
– Порой обыватели рассуждают, что людей с инвалидностью не так много, чтобы отводить для них отдельные парковки, строить пандусы и специальные дорожки. Что бы вы на это ответили?
– Не знаю, что таким людям сказать… Мне их жаль. Сочувствую им, потому что у них нет ума.
Пока сам человек не столкнется, не прочувствует это на себе, он не поймет важность этих устройств и приспособлений. Никто не рождается уже взрослым, всех мамы катают в колясках. И им точно так же нужны пандусы. Точно так же они не могут попасть с коляской ни в одно учреждение.
– Подписывайтесь на наш телеграм-канал!
Например, на входе в поликлинику есть пандус, но он не имеет должного покрытия – не только зимой, но и после дождя там очень скользко и подняться на коляске крайне сложно. Вместе с тем Советский суд Махачкалы отказал нам в удовлетворении иска, сославшись на то, что пандус сделан из бетона, "структура которого по природе жёсткая, а не гладкая". В суде также прозвучал аргумент, что я не прикреплена к данной поликлинике, поэтому не имею права на нее жаловаться… 9 декабря Верховный суд Дагестана удовлетворил наш апелляционный иск, отменив решение суда первой инстанции.
– В самих судах Махачкалы доступная среда создана?
– Конечно, мы направляли досудебные исковые заявления в судебный департамент – он занимается организацией работы в судах – по Кировскому, Ленинскому, Советскому районным судам Махачкалы. В Советском суде два корпуса, один к моменту проверки был полностью оборудован. В Ленинском и Кировском пандусы были, но они не соответствовали нормативам. По нашему заявлению пандусы установили, я свободно могу попасть в суд и участвовать в заседании.
– Ранее Зиятудин Увайсов рассказал, что к подавляющему большинству поликлиник и больниц Махачкалы вопросов по безбарьерной среде не было, так ли это?
– Это так. Наверное, потому что поликлиники чаще посещают люди с ограниченными возможностями, и Минздрав первым был вынужден контролировать соблюдение нормативов.
– Есть ли учреждения в Махачкале, куда вы сразу смогли заехать и никаких сложностей ни на входе, ни внутри не возникло?
– Сложно вспомнить. Очень сложно. Скорее всего, таких и не было. В большинстве учреждений нет нормальных пандусов, поэтому просто не получалось попасть внутрь, чтобы проверить доступность среды уже там – можно ли проехать по этажам, помещается ли коляска в лифте и так далее. Такие здания остаются неприступными крепостями для людей на колясках.
Сейчас в тех организациях, где по нашим заявлениям установили пандусы, мы проведем повторную проверку и посмотрим, насколько комфортно уже внутри.
– Почему "Махачкалаводоканал" пошел на обострение конфликта? Зачем была нужна эта история с актом о сорванной пломбе?
– Наверное, месть – проиграли процесс по доступной среде и решили отыграться. А в конечном итоге подставили сами себя. Хотя 7 ноября приезжало руководство организации, извинялись, говорили, что это просто совпадение, что они были не в курсе. Что это работа рядовых сотрудников, которые понесли наказание.
Ключевую роль в урегулировании ситуации сыграл глава республики. Письмо пришло вечером в понедельник, а во вторник вечером вопрос оказался решен. Если бы не Сергей Алимович, вероятно, вопрос все равно решился бы в мою пользу, потому что я была права. Просто он не решился бы так быстро, могло затянуться на месяц-два.
– По вашему мнению, публичная и жесткая реакция Меликова изменит системный подход к доступной среде в Дагестане?
– Глава республики дал указание прокуратуре взять на контроль здания организаций и учреждений, проверить их в течение 2022 года. Нам, активистам, будет легче доказывать свое право на безбарьерную среду. До этого в прокуратуру мы не обращались.
***
В 2015 году всероссийская общественная организация "Союз добровольцев России" при поддержке Центра информационных коммуникаций "Рейтинг" провели исследование доступности в регионах объектов социальной инфраструктуры для лиц с ограниченными возможностями. Дагестан занял в рейтинге 76-е место из 85. Из южных регионов хуже показатель оказался только в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Ингушетии и Калмыкии.
Главные новости Северного Кавказа и Юга России – в одном приложении! Загрузите Кавказ.Реалии на свой смартфон или планшет, чтобы быть в курсе самого важного: мы есть и в Google Play, и в Apple Store.