Генетически первые: выпускник юрфака ТГУ Владимир Мазур о том, как «самой серьезной профессии» учили в перестройку
«До сих пор называю себя юристом», — говорит губернатор Томской области Владимир Мазур. Юридический факультет Томского госуниверситета он окончил в начале 1990-х, на сломе страны и профессии, но преподаватели сделали все, чтобы студенты правильно понимали свою роль в историческом процессе. Как парень из деревни оказался на юрфаке, почему работа в детском садике считалась среди однокурсников везением, и что президент России сказал Мазуру о вузах Томска, назначая его врио главы региона, — в специальном проекте Tomsk.ru и ТГУ «Университет без границ».
Школу я окончил в Первомайском районе Томской области, село Крутоложное. Это первая моя школа, восьмилетняя. В 9-10-м классах я жил в интернате, учился в средней школе Беляйской. Там я приобрел друзей, с которыми до сих пор дружу. С благодарностью и теплотой вспоминаю те годы — это время становления. Ты приходишь в коллектив тебе незнакомый, преодолеваешь себя, оставляешь домашние привычки, учишься нести ответственность…
С детства у меня была мечта — служить в армии. Тогда шла война в Афганистане, наши ребята выполняли свой интернациональный долг, и я не видел себя иначе — думал, что тоже обязательно буду там. Поэтому план был такой: сначала армия, потом — выбор профессии и учебного заведения. Именно в таком порядке, потому что и в то время обучение в вузе означало получение отсрочки, и шанс отслужить после был невелик. Считаю, что я намеренно не поступил в вуз, хотя мог бы — сдавал экзамены в Томский инженерно-строительный институт, не особо напрягался — и не сдал физику.
Призыв был только осенью, и чтобы не тратить время, я пошел в ПТУ-33 на АРЗе, получил профессию газоэлектросварщика. Это позволяло мне, опять же, осенью повторно поступить в ТИСИ, даже без экзаменов (такая привилегия была у тех, кто закончил ПТУ хорошо). Но я не стал этого делать — в октябре призвался. К сожалению, я не попал в те войска, о которых мечтал, и не попал в Афганистан, хотя у меня были прыжки с парашютом, хорошие показатели по разным видам спорта — и подтягивался, и бегал, и стрелял… До сих пор считаю, что «не попал в Афганистан, к сожалению»: мы действительно так были воспитаны.
Из армии я пришел старшиной (это достаточно высокое звание для «срочников», не все до него могут дослужиться). И уже тогда определился с профессией. При общении я чувствовал большую разницу между мной и ребятами, моими же одноклассниками, которые не служили, а сразу пошли в вуз. Для меня они оставались прежними школьниками, а я был уже другим. Поэтому мне хотелось чего-то серьезного. Я подумал, что юридический факультет Томского университета — это самый серьезный факультет, который только можно представить. Суровые ребята и девушки, заточенные на соблюдение законов… Мне виделось, что я должен учиться именно там.
«В 1987 году я был зачислен в университет — после обучения на рабфаке. Кстати, после армии нас 40 человек пришло на юрфак. Сначала я учился в общей группе, потом нас вывели в отдельную группу – так называемую «прокурорскую». Готовили конкретно под работу в следственно-прокурорских структурах (тогда Следственного комитета не было, следствие было в прокуратуре), хотя в дипломе у всех специальность «Правоведение».
Конец 1980-х – начало 1990-х – это время, когда менялась страна, менялась наша жизнь. Но нам повезло с преподавателями. Это были люди старой закалки. Большинство из них прошли Великую Отечественную войну. И они снова не дрогнули. Они, конечно, очень переживали, понимали, что происходит. Но сумели передать нам то отношение к жизни, которое сами несли. Основной чертой его я бы назвал благородство. Оно отражалось во всем. Преподаватели были строги, но в то же время добры и отзывчивы. Прививали нам мысль, что закон — это свято, и его нужно соблюдать.
Важно, что они были не просто теоретиками, но и практиками. На своем опыте знали, как вести допрос, как «складывать» криминалистику: алиби, доказательства (кстати, до сих пор помогает в работе!). Со многими мы сохранили отношения и после учебы, всегда старался найти возможность зайти, поздороваться. К Парфенову Александру Сергеевичу — преподавателю кафедры теории и истории государства и права, административного права (он, к сожалению, недавно ушел из жизни). К Николаю Сергеевичу Дергачу — преподавателю криминалистики. К Владимиру Федоровичу Воловичу — легендарному, просто легендарному юристу, ставшему потом директором Юридического института ТГУ. Связь не прерывалась и не прерывается до сих пор. А как ее потеряешь, если благодаря этим людям ты получил самое основное в своей жизни — свою специальность, свою профессию, благодаря которой ты стал тем, кем стал!
«Помимо предметов по основной специальности, мы получили большой объем знаний по философии, политэкономии, этике, международному и семейному праву и т.д. Иногда я задавал себе вопрос: зачем столько лишних (как тогда казалось) предметов? Но по прошествии многих лет понимаю: так и должно быть. Не зря Томский университет существует 145 лет! Человек должен быть многогранным и разносторонним, классическое образование именно это и дает».
Параллельно с учебой приходилось очень много работать. В те годы заработать в деревне и помочь своим детям-студентам для наших родителей было нереально. Да я и не просил помощи — старался с ранних лет на хлеб добывать сам. Поэтому вставал в 4-4.30 утра, мыл в общежитии два этажа, потом бежал на «Лампочку» (электроламповый завод), подметал двор, потом еще три кабинета в поликлинике №1, потом тренировка, учеба, работа в комитете комсомола университета — заместителем секретаря по оргработе, научная библиотека, вторая тренировка, сон… И так каждый день.
Но никто не жаловался: это была норма, мы все работали, кто где какое теплое местечко нашел. Особенно везло тем, кто смог пристроиться в детский сад сторожем. Поспал себе на диванчике, с утра накормят кашкой… Физически работать было сложнее. Более того, иногда подворачивался калым — разгружать вагоны на грузовой станции Томск-II. Однажды вдвоем с другом — тоже Владимиром — за ночь разгрузили вагон с цементом, каждый мешок по 50 кг…
Стройотряд уже был шансом заработать на какие-то вещи на зиму, поэтому мы туда очень стремились. Первый мой отряд был на Камчатке — строили ангар в Петропавловске-Камчатском, наша задача была подготовить фундамент. Там скальные породы, и я помню, так намучались, пока вышли в стены! Но мы были ребята сибирские, крепкие: все сделали, деньги получили.
Первая работа по специальности была уже после вуза — юристом. Во время учебы я отдавал предпочтение уголовному праву, а адвокатская работа шла факультативом. Я ведь не оставил желания быть военным — считал, что закончу и обязательно поступлю служить в военную прокуратуру. Даже практику там проходил. Но в начале 1990-х наша армия претерпела, так скажем, серьезную реорганизацию. Можно было попробовать, но я выбрал другой путь.
Примерно до 2000 года работал в разных частных компаниях. Интересное время: предприятия уходили в банкротства, продавались, реализовывались, у юристов было много работы. Она была и остается сложной: законы постоянно меняются, правовая система обновляется через судебную практику. Этот процесс никогда не останавливается. Наша заслуга — а я до сих пор называю себя юристом — в том, что мы умеем ориентироваться по тем правилам и по тем законам, которые на данный момент существуют. Это профессия, в которой ты никогда не перестанешь познавать что-то новое.
«В 2005 году я защитил кандидатскую диссертацию по теме «Геополитический потенциал Западной Сибири в региональном развитии России» в Российской академии госслужбы. У нас действительно огромный потенциал для развития страны. Когда Владимир Владимирович Путин назначал меня врио губернатора, то говорил, что для страны Томская область — очень важный регион. Важный именно научным потенциалом. Мы много лет шли на импортных поставках, начиная от еды и заканчивая технологиями. Но настал тот справедливый момент, когда нужно вспомнить о своих знаниях, о своих умениях. У нас первый в азиатской части России университет, мы генетически первые! Сегодня в Томске мы делаем разработки, недостижимые миру — возьмите, например, реактор на быстрых нейтронах, который имеет замкнутый цикл переработки. Томск — это наука, это студенчество, это будущее».