Уральский топ: трагедия в Казани глазами учителя, юриста и психиатра

ЕАН продолжает подводить итоги прошедшей недели. По традиции, мы обсудили с экспертами самые важные события последних семи дней, произошедшие в Екатеринбурге и Свердловской области, России и мире.

Скулшутинг неравнозначен теракту

После произошедшей в Казани трагедии СКР возбудил уголовное дело по части 2 статьи 105 УК РФ (убийство двух и более лиц). Обычно этой статьей ограничивается любое расследование случаев скулшутинга. К примеру, после бойни в Керченском политехническом колледже уголовное дело расследовалось по статье «убийство двух или более лиц общеопасным способом». При том, в обществе нередко сравнивают такие трагедии с терактами. Екатеринбургского адвоката Сергея Колосовского такие сравнения удивляют.

По его словам, уголовный кодекс конкретно квалифицирует терроризм как действия, совершенные с целью дестабилизации действий органов власти.

«Терроризм в классическом виде — это захват самолета или захват заложников с определенными требованиями. Терроризм должен сопровождаться какими-то требованиями к органам власти либо дестабилизацией деятельности органов власти. Нападение на прокуратуру или на другие на органы власти можно рассматривать как теракт. В данном случае (трагедия в Казани — прим. ЕАН) признаков теракта нет», — отметил Колосовский.

В частности, именно по этой причине взрыв в здании управления ФСБ по Архангельской области, который в 2018 году устроил 17-летний юноша, был квалифицирован как теракт (статья 205 УК РФ).

«Терроризм — действительно звучит страшнее, но если посмотреть санкции статьей, то по статье 105 УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы от 8 до 20 лет, либо пожизненное заключение, либо смертная казнь. По части 3 статьи 205 УК РФ, если при совершении теракта погибли люди, предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 15 до 20 лет или пожизненное заключение. Смертной казни там нет. То есть за убийство наказание жестче», — подчеркнул Колосовский.

Что происходит в голове у стрелков-одиночек?

Стрельба в школах всегда травмирует общество, поскольку оказывается, что преступление совершил человек, который окружающим казался «нормальным» и неконфликтным. Как выявить в подростке потенциального стрелка? Какие особенности поведения выдают, что человек способен совершить теракт? Можно ли как-то повлиять на таких людей? Эти вопросы ЕАН задал психиатру и руководителю клиники «Елизар-мед» Дмитрию Деткову.

Как рассказал врач, подростковый возраст сам по себе кризисный, но есть факторы, которые подталкивают развитие психических расстройств. По мнению Деткова, если родители развивают только интеллект и тело ребенка, забывая о его нравственности, то вырастают личности с отсутствием морали.

«Чтобы формировать нравственность, надо с детства учить детей уступать бабушке место в общественном транспорте, не бросать мусор на улице, потому что нужно думать о труде дворника, и так далее, иначе у подростка формируется интерес только к собственной персоне», - отмечает психиатр.

Одним из расстройств личности, способным проявится во время пубертата, является «гебоидный синдром». Отличительная особенность заболевания - человек думает только о себе, игнорирует мораль и культуру общества, проявляет паталогический интерес к компьютерным играм с насилием. Люди с гебоидным синдромом живут в своем мире и не способны критически осмыслять свое состояние.

«Что делать, чтобы такая личность не сформировалась – надо с детства не давать играть в компьютерные игры. Развиваться, конечно, надо на компьютере, но не играть в игры, где кровь и убийства, и персонажи постоянно воскресают после смерти. Родителям стоит отражать в окружающем мире, что, на самом деле, убив человека, его уже не возродить», - подчеркивает Детков.

Врач советует, если рядом появился человек, который называет себя богом, а окружающих людей биологическим мусором, то нужно предложить ему обратиться к психиатру. Это может сделать близкий человек, например, мать. Если видно, что человек с гебоидным синдромом носит с собой оружие или садится за руль, то стоит позвонить в полицию. Такой человек может представлять серьезную общественную опасность. «Если мы равнодушно промолчим про другого человека, другого подростка то все вернется как бумеранг», - напоминает Дедков.

Психологи лучше стукачей

Возможно, справляться с выявлением "проблемных" и нелюдимых одноклассников, возможных стрелков, могли бы сами дети, сообщая педагогам о сверстниках, которые могут представлять опасность. Такую инициативу ЕАН обсудил с директором екатеринбургской гимназии №8, более известной, как "Лицей им. С.П. Дягилева" и бывшим замначальника управления культуры Екатеринбурга Еленой Трофимовой.

Трофимова не считает подобный формат хорошей идеей, поскольку нет гарантии, что дети будут использовать его по правилам, а не ради мести обидчикам. При этом нужен отдельный человек, который бы проверял, соответствуют ли сообщения действительности.

"Нужен фильтр, который из всех сообщений будет оставлять важное. Сомневаюсь, что в школах сейчас есть педагоги, у которых было бы достаточно времени, чтобы проверять такую уйму сообщений, которая появится при введении подобной практики", - полагает специалист.

Профилактическую работу с детьми для предотвращения трагических инцидентов, считает Трофимова, могли бы вести классный руководитель и опытные психологи.

"Для работы с детьми нужны не полуучки, а отменные специалисты", - подчеркивает эксперт.

Отметим, в Лицее им. С.П. Дягилева есть полная диагностика в 1 классе и психолого-педагогическое сопровождение "сложных" детей.

Есть новость — поделитесь! Мессенджеры ЕАН для ценной информации

+7 922 143 47 42