В Центре челюстно-лицевой хирургии Пензы рассказали о сложных пациентах

Еще три года назад большинство пензенских малышей, родившихся с расщелиной неба (в просторечии этот дефект называют «волчья пасть», «заячья губа»), направляли на операцию в специализированные центры челюстно-лицевой хирургии столицы и других крупных городов России. 

Благодаря квотам на высокотехнологичную медицинскую помощь лечение для детей бесплатное. Но в другой регион (чаще — в столицу) они должны ехать в сопровождении взрослых. 

Как правило, первая пластическая коррекция проводится в возрасте трех-шести месяцев. 

Кроме того, для полного устранения дефекта, по мере того как ребенок подрастает, требуется несколько операций. И каждая поездка — удар по семейному бюджету, лишние переживания.   

Такие операции проводили и в Пензе, на базе отделения челюстно-лицевой хирургии областной больницы им. Н.Н. Бурденко, предназначенного для взрослых пациентов. И вполне успешно. Но для полноценного лечения детей не было условий. 

Особые пациенты

Ситуация изменилась в ноябре 2020 года, когда по распоряжению Министерства здравоохранения Пензенской области открылся Центр челюстно-лицевой хирургии, в котором появились первые десять детских коек. С маленькими пациентами работают детские челюстно-лицевые хирурги, стоматологи, реаниматолог-анестезиолог, педиатр, диетолог и другие специалисты. 

В структуру Центра также входит взрослое отделение на 30 коек, где оказывается плановая и экстренная медицинская помощь. Имеется кабинет стоматолога-терапевта, занимающегося предоперационной подготовкой и лечением заболеваний зубов.

Кроме того, в приемном отделении круглосуточно действует кабинет экстренной помощи для детей и взрослых с челюстно-лицевой патологией, а в клинико-диагностическом центре больницы по ул. Богданова, 53, — кабинеты амбулаторной помощи и реабилитации после травм и операций. 

— В ближайшее время мы планируем добавить еще две детские койки для так называемого сверхкороткого пребывания, — рассказывает заведующий Центром кандидат медицинских наук Марат Лебедев. — Они для пациентов, которым не нужно находиться в стационаре круглосуточно: после малоинвазивных оперативных вмешательств, лечения кариеса, пульпита, периодонтита и других заболеваний зубов под общей анестезией они могут спокойно отправляться домой. 



Это кажется невероятным — лечить кариес под общим наркозом. Но пациенты бывают разные, в том числе и с ментальными расстройствами. Им ведь не объяснишь: «Потерпи, сейчас укольчик сделаем, машинка зажужжит, и зубик будет здоров». Стоматологи в амбулаторных условиях нередко отказываются работать с такими детьми.  

По словам Марата Владимировича, в подобных случаях, при сильной боли, даже если зуб можно было сохранить, ребенку его попросту удаляли. Пациент мог лишиться половины зубов.  

— Это вело к заболеваниям зубочелюстной системы, височно-нижнечелюстного сустава, болезням желудочно-кишечного тракта из-за того, что человек не мог нормально пережевывать пищу, — добавляет Марат Владимирович. — Теперь будем делать все возможное, чтобы сохранить зубы таким пациентам. 

Самые благодарные

— Все-все, маленький, не плачь, только капельки в ушко осталось закапать, — ласково обращается к полуторагодовалому мальчику детский челюстно-лицевой хирург Ирина Захарова, проводя осмотр. Недавно ему сделали операцию по устранению расщелины неба, полости рта и носа. Еще несколько секунд — и ребенок сидит на руках у мамы.

— Дети — самые благодарные пациенты, — считает Ирина Юрьевна. — У них восстановительный период протекает быстрее, чем у взрослых, они очень отходчивые. А еще такие милые. Так хочется помочь им!  

Захарова начала практиковать как детский челюстно-лицевой хирург пять лет назад, а с 2019 года, пройдя обучение в нескольких специализированных центрах, проводит операции по удалению расщелин лица, врожденной и приобретенной патологии челюстно-лицевой области. 

— Мы используем современные методики. Операции стали менее травматичными, сократилось число повторных операций. Например, для устранения сквозной расщелины, когда дефект затронул и губу, и небо, и альвеолярный отросток, сейчас требуется всего четыре пластические коррекции. Контролируем послеоперационный период и период реабилитации, поддерживая связь с семьями и сотрудничая с ортодонтом и логопедом, — объясняет врач.

Тяжелый случай

Хирургам Центра приходится иметь дело и со взрослыми пациентами, которым вовремя не провели пластическую коррекцию «заячьей губы». Сейчас очереди на плановую операцию дожидаются девушка и парень в возрасте 18 и 20 лет. Оба выросли в неблагополучных семьях. Родители посчитали, что им достаточно одной операции по устранению внешней расщелины. А то, что у детей дыра в небе, из-за чего они не могут ни говорить нормально, ни есть, видно, приняли как должное. 

Бывают еще более дикие случаи. В прошлом году прооперировали 12-летнюю девочку из отдаленного села. Ее мама на вопрос, почему этого не сделали вовремя, ответила: «У нас работы нет, живем на дочкино пособие по инвалидности. А как только ей операцию сделают — инвалидность сразу снимут». 

Теперь благодаря хирургам качество жизни этих молодых людей будет достойным! 

Помогут всем!

Высокий уровень подготовки пензенских докторов отметили специалисты НИИ стоматологии и челюстно-лицевой хирургии (Москва), побывавшие в Центре с комиссией. И это несмотря на то, что коллектив молодой, стаж работы у хирургов, за исключением заведующего, не более пяти-семи лет.  

Например, самому младшему пациенту хирурга Гарика Амбаряна было три месяца, самому старшему — за 80 лет. 

— Сегодня ты удаляешь подъязычную кисту младенцу, а завтра складываешь по кусочкам верхнюю и нижнюю челюсть взрослого мужчины, попавшего на операционный стол после автомобильной аварии, — поясняет Гарик Мнацаканович.

В Центре есть и свой анестезиолог-реаниматолог. Алексей Соломко, потомственный врач, работает здесь четвертый год.  

— Стараюсь найти подход и к ребенку, и ко взрослому — настроить на успешный исход операции. 

Марат Лебедев утверждает, что в ближайшее время наши челюстно-лицевые хирурги смогут оперировать не только всех малышей с врожденными расщелинами верхней губы и неба из Пензенской области, но и детей из близлежащих регионов.  

— Конечно, это будет не сразу, пока наш Центр в стадии становления, — говорит Лебедев. — В первую очередь будем заниматься пензенскими пациентами.