Поставили старуху на место: свекровь собирала деньги с сыновей и тратила на люксовые бренды, прикрываясь болезнями
Свекровь уже третий год умело изображала тяжелобольную женщину. То сердце у нее ныло, то спина не позволяла наклоняться, то почки не давали долго стоять у плиты. Все это закончилось, когда мы отказались убираться и готовить для нее каждый день, увидев ее с пакетами в руках.
Под эти жалобы свекровь регулярно вызывала меня и жену брата моего мужа к себе. Она просила убрать квартиру, приготовить еду, вымыть окна, погладить белье. Муж всегда соглашался за меня, даже не спрашивая, считая помощь матери чем-то само собой разумеющимся.
Однажды я пришла к свекрови раньше обычного и застала там Катю — жену младшего сына. Оказалось, что Анны Петровны дома нет, а нас обеих она вызвала в один день, просто не зная, что мы пересечемся. Катя уже убирала квартиру, я только вошла, но очень быстро стало понятно, что ситуация странная. Свекровь ушла по своим делам, оставив нам список заданий и пообещав гостей.
За чашкой кофе мы впервые поговорили откровенно. Выяснилось, что Анна Петровна рассказывает сыновьям разные версии своих болезней, собирает с каждого деньги «на хозяйство», при этом пенсия у нее немаленькая.
Мы быстро поняли, что приходим по разным дням и фактически работаем у нее бесплатными домработницами, пока она тратит деньги на себя. Катя недавно видела ее в торговом центре за покупкой дорогой косметики, а я вспомнила шубу, обувь и украшения, которые свекровь объясняла сомнительными историями.
Мы решили прекратить это немедленно. Не устраивать скандал, а просто перестать приходить и делать за нее работу. В тот же день мы ушли, не закончив уборку и готовку.
У подъезда столкнулись с Анной Петровной, возвращавшейся с пакетами из дорогого магазина. Она была ошеломлена, узнав, что гости будут без обеда, а квартира — без порядка. Мы спокойно предложили ей нанять домработницу на те деньги, которые сыновья регулярно переводят.
Попытка надавить на чувство вины не сработала. Намек на разговор с сыновьями тоже не произвел эффекта — наоборот, стало ясно, что правда может выйти наружу. Свекровь была вынуждена отступить.
Вечером муж впервые задумался, куда именно уходят деньги, которые они с братом дают матери. Разговор с Костей расставил все по местам. Через неделю Анна Петровна сама позвонила и сухо извинилась. Она признала, что наняла домработницу, и что поступала неправильно, но оправдывалась тем, что впервые за жизнь захотела пожить для себя.
Я дала понять, что никто не запрещает ей тратить деньги на себя, если при этом не используются чужой труд и чувство долга. Помогать я готова только тогда, когда у меня действительно есть время и желание.
Свекровь проиграла этот раунд. И я больше не собиралась позволять ей садиться себе на шею.